Навеяно
a_dama.
В моей жизни запомнились мне две очереди. Совершенно разные, но каждая в своем роде замечательная.
Первая была неизбежна. В маленьком Крымском поселке туалеты были почему-то не хозяйские, на участках, а общественные - посреди улицы. С утра туда выстраивалась вся округа, заводилась общая беседа и узнавались новости: хороша ли водичка и почем помидоры на рынке. Пять минут - и отличное настроение на целый день.
Вторая - очередь к гробу А.Д. Сахарова. Об этом я когда-нибудь напишу подробнее. Даже милиционеры были вежливы: "Граждане, будьте осторожны, под ногами гололед. Не беспокойтесь, панихида продлена, все успеют попрощаться". Людей с детьми выводили и ставили в начало. Детей было много. И вообще вокруг стоял такой народ, который, казалось и знать не должен был о Сахарове - какие-то простые тетки, парни пролетарского вида. Шесть часов на морозе. Никому и в голову не пришло уйти.
Во всех остальных очередях я либо не стою, либо не переживаю, что приходится стоять.
В моей жизни запомнились мне две очереди. Совершенно разные, но каждая в своем роде замечательная.
Первая была неизбежна. В маленьком Крымском поселке туалеты были почему-то не хозяйские, на участках, а общественные - посреди улицы. С утра туда выстраивалась вся округа, заводилась общая беседа и узнавались новости: хороша ли водичка и почем помидоры на рынке. Пять минут - и отличное настроение на целый день.
Вторая - очередь к гробу А.Д. Сахарова. Об этом я когда-нибудь напишу подробнее. Даже милиционеры были вежливы: "Граждане, будьте осторожны, под ногами гололед. Не беспокойтесь, панихида продлена, все успеют попрощаться". Людей с детьми выводили и ставили в начало. Детей было много. И вообще вокруг стоял такой народ, который, казалось и знать не должен был о Сахарове - какие-то простые тетки, парни пролетарского вида. Шесть часов на морозе. Никому и в голову не пришло уйти.
Во всех остальных очередях я либо не стою, либо не переживаю, что приходится стоять.